– Жив, полковник? – Завадски дружелюбно ткнул Пира кулаком в плечо. – Молодчага. Пошли, что ли, пивка тяпнем по такому случаю…
– Иди, Геннадий Палыч, иди, – сказал Лукиненко, широко улыбаясь. – Потом запись просмотришь. Завтра тебе Марта все растолкует, расскажет. В девять, как и сегодня…
– До завтра, полковник, – пропела Марта ангельским голоском.
«Издевается она, что ли?» – подумал Пир, выходя вслед за Завадским во внешний коридор.
– Послушай, френд, ты чего ржал в углу, когда я мутона отжиматься заставлял, а? Цирк тебе, что ли?
Пир отвесил другу шутливый подзатыльник и поддался радостной волне, медленно поднимающейся в нем.
«Могу. Я могу это. А значит, будет шанс отомстить за Язерского и Толика Воронина. Да и за всех остальных тоже.»
Но тут же Пир вспомнил жалкого пленного чужака. Его тоску. Его боль.
И понял, что мстить обычным солдатам ему вовсе не хочется. Центр. Нужно бить во вражеский центр – в их главаря, если это живое существо, или в мозг-компьютер, если нашествием управляет машина. Вот тут его рука точно не дрогнет.
Это будет истинной местью. Именно это, а не очередной выстрел по очередному солдату-мутону или солдату-снейкмену.
И только это.
* * *– Правее, Пир, правее! Они засели вон в том садике!
Зеленая, как мутоны, живая изгородь скрывала от взгляда все, что происходило перед носом севшего «Рейнджера».
Тут же выстрелили из хэви плазмы; зеленую стену изгороди изорвало в клочья в нескольких местах. В неровную дыру сквозь косо свисающие обгорелые веточки было видно, как три оранжевых силуэта проворно укрылись за стволами.
Пир дал длинную очередь, скашивая молодые фруктовые деревья; снейкмены запаниковали и попытались прорваться к главной улице деревушки, но там их уже встречали Винс Вега и Хелен Бреди с тяжелыми лазерами. Винс по-детски радовался возможности не экономить заряды и жег лазером все движущееся, что замечал. Ирландка от него не отставала.
Всех троих солдат внешнего охранения положили в считанные секунды. На садик, еще недавно ухоженный и аккуратненький, стало страшно смотреть – обгоревшие стволы да черная, усеянная пеплом земля, вот и все, что от него осталось.
Но у икс-команды не было выхода. Боевых групп не хватало, на вылеты отправлялось всего-лишь по пять-шесть оперативников, а на малые тарелки, на скауты, бросили зеленых новичков. Небо над Землей ежедневно выплевывало десятки вражеских кораблей, словно чужаки решили взять проект измором. До какой-то части сбитых тарелок просто не доходили руки и спустя двое-трое суток чужаки чинились и улетали, а белые точки потенциальных целей исчезали с экранов следящей.
– Внизу чисто! – сообщил Свилен Пеев. – Пошли к лифту!
Пир трусцой пересек лужайку перед слабо дымящейся силовой колонной сбитого беттлшипа. Бронированная обувка с хрустом впечаталась в остатки хитинового панциря хризалида, несколько минут назад расстрелянного сверху Пиром и Олегом Малым. Второй хризалид напоролся на заградительную стену Веги и ирландки, от него даже хитина не осталось, все обратилось в жирный пепел.
В лифте, на втором уровне застрелили солдата и инженера, вынырнувшего из шахты малого лифта над одной из колонн. Пеев в медотсеке убил еще одного снейкмена, получив попутно три выстрела в грудь и заметно посадив защиту «Скорлупы». Уровнем выше Пир без особых церемоний высадил дверь и швырнул в открывшийся проход два загодя взведенных взрывпакета. Олег Малый – в соседнюю, одновременно с Пиром. Эти действия были отработаны до автоматизма, но не в тренажерной, а в ежедневных схватках с чужаками в их же кораблях. У икс-команды просто не было времени подолгу возиться с каждой тарелкой.
В коридорах расцвели несколько смертельных тротиловых роз. Визг умирающих снейкменов утонул в грохоте взрывов, дым скапливался в проходах, но Пир уже рванулся к ходовой рубке, держа хэви плазму наготове. Пеев, поднявшийся по второму, боковому лифту направился к кают-компании.
Навигатор прятался за пультом. Как обычно.
«Неужели они думают, что это спасет?» – подумал Пир отстраненно. Ствол хэви плазмы взглянул на пульт вражеского крейсера. И вытолкнул стремительный зеленоватый импульс.
Пир отшатнулся, освобождая проход. Малый в двух шагах позади прижался к тускло светящейся серо-синей стене. В рубке глухо бабахнуло – это взорвалась элериумная батарея. Запах горелой изоляции толкнулся в ноздри. От навигатора мало что осталось – ошметки окровавленного мяса да неповрежденный плазменник на квадратных плитах пола.
Явственно слышалось, как внизу мерно жужжат лазеры Веги и ирландки – видимо, там добивали солдат. Наверное, при взрыве повредилась звукоизоляция корабля.
– Рубка – все, – сообщил Пир оперативникам. – Обшариваем уровни и выходим.
– В каютке чисто, – сказал Пеев. – Я иду по внешнему рукаву, от малого лифта.
– Понял, – буркнул Пир и, кивнув Малому, двинулся в противоположную сторону. К лифту.
В треугольном отсеке, среди красно-синих стоек и продолговатых сосудов, похожих на гигантские самогонные аппараты, Малый застрелил еще одного снейкмена. И это, похоже, был последний.
– Вроде закончили, – сказал Пир остальным. – Выходим, икс-команда!
Спустя двенадцать минут пятеро оперативников собрались внизу, под плоским днищем крейсера.
– Без малого час, – констатировал Пир, глядя на цветные циферки в визиографе шлема. – Долго возились.
– Да эти козлы в садике прятались… Пока я их засек, – виновато пробормотал Пеев, поправляя продолговатое тело хэви плазмы, словно рыбину на кукане.
– Тебе «Скорлупу» попортили, кажется? – Пир поднял глаза. Болгарин пожал плечами:
– Да, мелочи… Процентов шестьдесят посадили…
Пеев приукрашивал: посадили ему все восемьдесят процентов. Следующее попадание, скорее всего, вскрыло бы броню «Скорлупы», словно похмельный грузчик пиво поутру – с хрустом и чмоканием.
– Еще раз полезешь на выстрелы – получишь втык, – пообещал Пир. – От Батта. Лично. Уразумел, брат-славянин?
– Уразумел, Пир… – Пеев выглядел раскаявшимся. К сожалению, только выглядел.
Пир сокрушенно покачал головой.
– Ладно, потопали…
Пятеро икс-комовцев побрели к «Рейнджеру». Пилоты проветривались на верхних перекладинках трапа и издали поразительно смахивали на сидящих на насесте кур.
– Бардак, – сокрушенно вздохнул Пир. – Скоро курить начнут.
Вега, идущий рядом, улыбнулся. Загадочно, как всегда. Но смолчал.
– Эй, фоллоу! – Пир повысил голос. – Добро «Джураям» на взлет! Крейсер ваш, пастбище готово.
– О'кей, о'кей, – радостно отозвался в шлемофоне голос кого-то из технарей. – Запускаемся…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
